БУДДИЗМ В КИТАЕ

Религия редко распространяется в чужой стране, если не обращается к сокровенным взглядам людей. Китай нуждался в духовном откровении, которое придало бы большое значение источнику веры. Как и в Индии, потребность в простой доктрине, внушающей обыкновенному мирянину конструктивные нормы поведения не могла не привлечь сторонников. Ни даосизм, ни конфуцианство не заполнили собой это пространство в нравственном сознании человека. Так буддизм дополнил удивительные метафизические взгляды даосистов и строгие формальности конфуцианских норм поведения.

Буддизм начал проникать в Китай в 1-ом веке н.э. из Центральной Азии по Великому Шёлковому Пути.

Существует легенда, согласно которой в 56 году н.э. императору Мин-ди династии Хань явился во сне святой, сияющий золотым блеском. Придворные мудрецы истолковали повелителю, что ему во сне явился «индийский Бог Будда». Тогда император снарядил посольство в Центральную Азию, через которую Великий Шёлковый Путь связывал Китай с Индией и Восточным Средиземноморьем. Это посольство вернулось с буддийскими текстами и священными изображениями, которые везли на белом коне. А сопровождали этого коня два монаха. В столице империи монахам были оказаны почести, и вскоре там был воздвигнут первый буддийский монастырь – Монастырь Белого Коня.

В действительности первые монастыри появились в Китае значительно позднее (не ранее 3-го века н.э.), хотя сам буддизм проник в Китай в 1-ом веке н.э. из Центральной Азии, и первые центры буддизма в Китае точно совпадают с местами окончания Великого Шёлкового Пути. Это прежде всего столичный город Лоян и город Пэнчэн.

Был и южный путь распространения буддизма из Вьетнама, который тогда был китайской провинцией.

Однако до 3-го века н.э. в Китае не было ни монахов-китайцев, ни монастырей. Буддизм оставался для китайцев малопонятным экзотическим учением, которое китайцы воспринимали как одно из направлений даосизма. Первыми буддистами в Китае были представители иноземных торговых домов и их семьи, которые обосновались в стране, и для их детей и внуков китайский язык стал родным. Именно для них ещё в 1-ом веке н.э. делались переводы буддийских текстов на китайский язык.

В отличие от Тибета, распространение буддизма в Китае не получило ни малейшей государственной поддержки; до поры до времени власти его почти не замечали.

Постепенно буддизм усиливал свои позиции, чему способствовала в 3–6 веках историческая ситуация в Китае с её кризисами, междоусобицами и неустойчивостью бытия. В такой обстановке казались привлекательными призывы буддистов отрешиться от земной суеты и укрыться за высокими стенами монастыря. В 3–4 веках вокруг столичных центров Лоян и Саньян действовало около 180-ти буддийских монастырей и храмов, а к концу 5-го века их было уже 1800 и 24 тысячи монахов. Монастыри в это время уже притягивали к себе и разорившихся крестьян, и изгнанников, лишившихся своей земли, и богатых аристократов, искавших покоя и уединения.

Буддизм вписался в китайское общество и изменил многие важные аспекты китайского взгляда на мир. Плодом этого стало неоконфуцианство.

Однако изменился и сам буддизм, превратившись в особую буддийскую конфессию в рамках махаянской традиции. Он подвергся трансформации в большей степени, чем китайская культура под его воздействием. Китайский буддизм – своеобразный продукт синтеза китайской и индийской культур. Он распространился из Китая по всем странам Дальнего Востока (Корея, Япония, Вьетнам), неся с собой китайскую иероглифическую письменность и китайскую культуру.

Распространяясь по территории Китая, буддизм подвергался значительной китаизации. На передний план в китайском буддизме вышли те идеи, принципы и нормы, которые более всего соответствовали традиционным китайским нормам, идеалам и представлениям. Начало таким изменениям положил знаменитый Даоань (312–385 гг.) – первый китайский патриарх буддизма, основатель монастыря в Саньяне.

Китаизация буддизма проявилась в установлении культов Майтрейи, Амитабхи и Гуань-инь.

С грядущим приходом Будды Майтрейи многие поколения китайцев связывали свои надежды на лучшее будущее, так же как христиане со вторым пришествием Христа.

Установление культа Будды Амитабхи («Будды Безграничного Света») положило начало китайскому, а затем и японскому амидизму – буддизму «Чистой Земли».

Также особой популярностью в Китае пользовалась бодхисаттва Авалокитешвара, знаменитая китайская Гуань-инь, богиня милосердия и добродетели, покровительница страждущих и несчастных. Её можно сравнить с Девой Марией в христианских странах.

Привнеся в свой пантеон многочисленных будд и бодхисаттв, простой народ принял буддийские праздники, чтения сутр, элементы магии и эротики (тантризм). Всё это легко укрепилось в жизни Китая, стало её естественной частью, вполне удовлетворяя запросы простых китайцев.

Верхи же китайского общества и его интеллектуальная элита делали упор на философию этого учения, на его метафизику, пренебрегая нередко его обрядовой стороной и магической практикой.

Для понимания особенностей буддийской традиции в Китае исключительно важна проблема перевода. Китайский язык очень сильно отличался от санскрита, но в нём уже была разработана сложная система философской терминологии, из-за которой перевод подменял исходные значения терминов и не мог способствовать адекватной передаче сути буддийского учения. Поэтому первоначально буддийская мысль выступала в сильно китаизированном виде.

Важно отметить, что в самой Индии в это время ещё не сформировалась Махаяна: 1-ый век н.э. – период лишь самого начального формирования буддизма Великой Колесницы. Поэтому на китайский язык первоначально переводились или тхеравадские тексты, или тексты, содержавшие и тхеравадские, и махаянские элементы. Таким образом, ранняя буддийская традиция в Китае сильно отличалась от нормативного индийского буддизма.

Значительный прогресс в практике перевода буддийских текстов на китайский язык был достигнут в 401–413 годах, когда этим занялись крупнейший переводчик монах Кумараджива и его преемники. К этому времени уже сложился свод канонических текстов («Трипитака»).

Распространяясь в Китае, буддизм столкнулся с рядом трудностей, обусловленных особенностями культуры и традициями китайского общества.

Во-первых, в Китае считали, что китайская культура – единственная культура мира, а все остальные народы – варвары. Буддизму пришлось преодолевать китаецентризм, но ему удалось лишь несколько смягчить его.

Во-вторых, в китайском обществе не было никаких аналогов института монашества. С китайской точки зрения, придерживаясь принципа безбрачия и меняя имя при постриге, монах отрекался от своих предков, отказываясь от служения им и от продолжения рода. Это считалось тяжким аморальным деянием.

Кроме того буддийский монашеский устав Виная требовал от монаха полного отказа от собственности и проживания за счёт милостыни, что было вполне естественным в индийских условиях. В Китае это давало повод для резких обвинений членов сангхи в тунеядстве и безделии. А подобные обвинения часто вели к антибуддийским акциям правительства. Поэтому в конце 8-го века был создан новый свод правил, больше соответствовавших китайским условиям. Теперь монахи должны были трудиться для обеспечения себя пропитанием и одеждой. Во время работы они медитировали, сосредоточиваясь на деятельности и соединяя труд с духовной практикой.

В-третьих, в Китае сложилась концепция священного характера власти императора. Поэтому о независимости сангхи не могло быть и речи. В конечном итоге сангха в Китае оказалась полностью подконтрольной государству, регламентирующему все стороны её деятельности, включая признание человека монашествующим (требовался экзамен на знание сутр) и регулирование численности монашества.

Всё это способствовало тому, что в Китае стал доминировать мирской буддизм.

В середине 7-го века произошло окончательное размежевание между китаизированными буддийскими школами и школами, стремившимися «исправить» китайский буддизм по индийским стандартам. Именно тогда буддийский Китай сделал окончательный выбор, отвергнув индийскую версию буддизма.

Эпоха Тан (618–907 гг.) была периодом наивысшего могущества Китая, когда он опережал остальные современные ему страны мира в своём развитии. И эта же эпоха Тан была золотым веком китайского буддизма, периодом его расцвета. Однако она же стала и началом его упадка.

Начиная с 9-го века стала заметно ослабевать и экономическая, и интеллектуальная мощь буддизма. А с начала 2-го тысячелетия буддизм практически не имел самостоятельного значения – он влился в систему религиозного синкретизма, которая примерно с этого времени сложилась в Китае.

На основе синтеза философских идей и представлений буддизма с даосизмом в Китае возникло одно из самых интересных и глубоких, интеллектуально насыщенных и пользующихся до сих пор немалой привлекательностью течений мировой религиозной мысли – Чань-буддизм (япон. Дзэн-буддизм).

Однако при всём своём огромном значении в жизни Китая дзэн-буддизм всегда оставался только сравнительно малочисленной сектой, располагавшей лишь несколькими известными центрами-монастырями. Более того, с течением времени китайский дзэн-буддизм понемногу терял свою первоначальную оригинальность, подчиняясь общему стилю монашеской жизни.

 

Буддизм существовал в Поднебесной почти 2 тысячелетия. За это время, пытаясь приспособиться к китайской цивилизации, он сильно трансформировался. Однако и сам буддизм оказал огромное неоценимое воздействие на традиционную китайскую культуру, что наиболее наглядно проявилось в искусстве, литературе и особенно в архитектуре Китая. Многочисленные буддийские храмы и монастыри, величественные пещерные и скальные комплексы, изящные пагоды преобразили китайскую архитектуру и сейчас остаются ценнейшими памятниками китайской культуры.

Буддизм был единственной мировой религией, получившей широкое распространение в Китае. Ни христианство, ни ислам никогда не были там особенно популярны. Однако буддизм не приобрёл преобладающего влияния в стране. Он, как и даосизм, занял своё место в системе религиозного синкретизма, которая сложилась в средневековом Китае.

 

Назад Вперед