АРАБО–ИСЛАМСКАЯ КУЛЬТУРА

Мусульманскую культуру, так же как и средневековую европейскую, относят к религиозному типу. Как христианская религия создала христианскую цивилизацию, так ислам создал арабскую цивилизацию. Только доминирующим институтом в данном случае являлась не церковь, а политическая организация – халифат.

При помощи Мухаммеда Аллах основал на Аравийском полуострове общину верующих. За 14 веков из небольшой группы жителей Аравии эта община превратилась в многомиллионную массу людей разных национальностей, выходцев из различных социальных слоёв, имеющих собственную культурную ориентацию и говорящих на разных языках.

На обширной территории Ближнего Востока арабы из небольшой группы не очень развитых племён превратились в многочисленную этнокультурную общность с мощной политической структурой и высокоразвитой цивилизацией.

Завоевав в средние века огромное пространство от Индии до Испании, арабы всюду несли с собой ислам, десятичную систему исчисления с арабскими цифрами и сказки «1001 ночи» с Синбадом-мореходом.

Быстрыми темпами арабо-исламская традиция подчиняла себе завоёванные страны и народы, бо́льшая часть которых (включая и древние центры мировой цивилизации) была не только исламизирована, но и ассимилирована арабами. Образно говоря, эта волна за короткий срок захлестнула огромное количество и соседних с Аравией, и отдалённых от неё стран и практически растворила в себе многие обитавшие там этносы, подчас имевшие собственные древние традиции.

В свою очередь арабо-исламская культурная традиция обогатилась за счёт многочисленных воздействий на неё – в Египте, Месопотамии, Индии, Иране, Средней Азии, Африке, Испании и т.д.

Это придавало ей мощный импульс для дальнейшего развития и создавало основу для того, чтобы средневековая арабо-исламская культура стала на некоторое время во главе мировой цивилизации.

Ислам с самого начала покровительствовал наукам и искусствам. Обучение рассматривалось в мусульманстве как религиозный долг и путь в рай; считалось, что учёный человек превосходит благочестивых верующих, насколько свет полной луны превосходит свет звёзд. Ислам поощрял знания и культуру и сохранил некоторые лучшие произведения классической литературы в мрачные века европейского мракобесия.

И хотя в это время христианская европейская культура как в католической Западной Европе, так и в православной Византии продолжала существовать и развиваться, блестящий расцвет арабо-исламской цивилизации затмевал её. Это проявилось, в частности, в математике, в химии, в медицине, в философии. Арабские учёные внесли огромный вклад в современные знания, включая арифметику (арабскими называются цифры, которыми пользуется весь мир, хотя десятичная система счисления и даже само начертание «арабских» цифр (1,2,3…) заимствованы из Вед, их ошибочно приписывают арабам), алгебру, самые ранние эксперименты в области оптики, медицину. Хорошо известны работы таких крупнейших мыслителей, как Авиценна, Аврозе, аль-Газали и других.

Выдающиеся достижения в искусстве и науке почти всегда свидетельствуют о влиянии Высших Сил. Это особенно близко к истине, когда жизнь народа органически связана с его богооткровенной религией, являющейся движущей силой всего прогресса и свершений.

Мэнли Холл в своей книге «Адепты. Эзотерическая традиция Востока» приводит цитату из «Библиотеки первоисточников» об итогах первых свершений мусульман:

«Результаты установления мусульманства сильно недооценены. В течение столетия после смерти Мухаммеда оно отняло у христианства Малую Азию, Африку и Испанию – более половины цивилизованного мира – и создало цивилизацию, ставшую во времена средневековья высочайшей в мире. Оно вознесло арабскую расу на вершину её развития, возвысило положение женщины на Востоке, хотя и сохранило полигамию, было крайне монотеистическим и, пока власть не захватили турки, почти всегда поощряло прогресс».

Мусульманский феминизм – это не нелепый парадокс. Современные мусульманские феминисты утверждают, что Коран и хадисы, несмотря на их патриархальность во многих отношениях, во время их создания представляли собой качественный скачок для женщин в том, что касается имущественных прав, наследства, разводов и образования. Из истории известно, что именно мавры построили первый университет для женщин.

Арабская культура попала в Европу через Испанию, и в течение некоторого времени университеты в Гранаде и Альгамбре были ведущими учебными заведениями Европы. С правителями арабской Испании христианские владыки зачастую заключали дипломатические, а иногда и брачные союзы, Через Пиринеи шли караваны купцов и паломников. Мусульманская Испания стала для европейцев источником новых познаний в области географии, архитектуры, философии, медицины, литературы.

Обращая особое внимание на положение в Испании периода мусульманского владычества, Мэнли Холл подчёркивает, что в 10-ом веке население города Кордовы насчитывало около миллиона человек. В это время при маврах в Кордове было 50 больниц, 900 общественных бань, 600 мечетей и библиотека с 600000 томов, не считая 70 частных библиотек.

Великий правитель Харун ар Рашид (763–809 гг.), более известный по сказкам «Тысячи и одной ночи», при котором Багдад пережил расцвет в качестве столицы халифата, положил начало традиции пристраивать к каждой мечети школу и больницу. При нём развивались торговля, ремёсла, искусство и наука, далеко обогнавшая современную ей европейскую.

Вследствие завоевания Иерусалима арабами, Харун ар Рашид владел ключами от Храма Гроба Господня в Иерусалиме. Он послал их Карлу Великому, представителю христианской религии на Западе. Этот поступок должен был скрепить новую дружбу между Востоком и Западом, между исламом и христианством.

Не может быть ни малейшего сомнения в том, что первые лидеры ислама стремились предложить гарантии безопасности собственному народу и преодолеть религиозную пропасть между своей верой и религиями окружавших их народов. Всё зависело от одарённости боговдохновенного руководства. При порядочных вождях торжествовала добродетель, но с течением времени власть и роскошь перечеркнули безыскусную строгость личного примера Мухаммеда. Времена менялись, и всё это, в сочетании с растущим негодованием западных народов, привело к трагической утрате взаимопонимания, и кульминацией явился один из самых позорных эпизодов, записанных в истории, – серия крестовых походов.

 

Со времён завоеваний Чингисхана (1162–1227 гг.) за Евфратом процветали пышные империи. Этими удивительными конгламератами правили величественные тираны – одни великодушные, иные же жестокие и невежественные. Многие были щедро одарены способностями и умом, и почти все они были более образованными и думающими, нежели их западные современники.

В то время как европейские короли вместо подписи на официальных документах всё ещё ставили кресты и выслушивали собственные указы, которые записывали и зачитывали им наёмные писцы, азиатские принцы содержали библиотеки, изучали звёзды, издавали Платона и Евклида и поощряли искусство и литературу.

Большинство этих создателей восточных империй были благочестивыми мусульманами, и, хотя они не позволяли вере чинить препятствия своим территориальным амбициям, у них хватало мудрости и ума править своими народами при помощи удивительно возвышенных моральных кодексов.

Тимур-шах, более известный как Тамерлан (1336–1405 гг.), был правнуком Чингисхана. Бо́льшая часть его жизни была посвящена военным кампаниям. Однако, как и многие азиатские князья, он сочетал в себе качества деспота и учёного. Жестоко ведя войны, он увлекался искусством, музыкой и литературой и, завоевав страну, правил ею мудро и снисходительно. Известно, что он основательно изучал и хорошо знал Коран.

Заслуживает упоминания величайший из всех мусульманских монархов, властелин Индостана, третий падишах Империи Великих Моголов Акба́р Великий (1542–1605 гг). Акбар приглашал к своему блистательному двору представителей многих вероисповеданий, требуя от них соблюдения в его присутствии взаимного уважения. Движимый могучим желанием объединить духовные убеждения человечества и положить конец разногласиям и вражде между вероисповедованиями, он основал свой Дом Веры в Фатехпур-Сикри, столице империи во времена его правления. Несмотря на то, что религиозный эксперимент Акбара не удался, он обнаруживает внутреннюю работу его мысли и желание реализовать глубокое духовное убеждение.

 

Влияние ислама на христианский мир было временным. Оно пришлось на Средневековье, когда над Европой сгущались тяжёлые тучи нетерпимости и невежества. Христианский мир пришёл в ужас от дерзости Мухаммеда, заявившего, что ему Богом назначено стать преемником первых Учителей и раскрыть тайны истинной веры. Благочестивые средневековые  христианские теологи молили небеса о спасении «от чумы, турок и кометы».

Сам Мухаммед был неграмотным и книг не читал, в том числе и Библии. Однако, вступив на стезю Пророка, он через посредников весьма старательно знакомился с содержанием иудео-христианских текстов, повествовавших о том самом едином и всемогущем Боге, которого под именем Аллаха он стал почитать.

Несомненно Мухаммед знал о прискорбных обстоятельствах, уродовавших становление христианской церкви и приведших к её расколу. В его сознании постепенно складывалась концепция естественной религии, отличавшейся исключительной простотой веры, в которой почти не оставалось никаких возможностей для запутанной полемики, вражды или еретических раздоров. Разве можно было придумать более простую теологию, нежели та, что составляет суть ислама? И Мухаммед создал религию, которая должна была стать оригинальным синтезом иудаизма и христианства, учитывающую нужды арабов.

Мухаммед искренне считал, что если честно развивать главные принципы ислама, то больше не будет никакого теологического деспотизма. К сожалению, ему не удалось укоренить своё учение в сердцах собственного народа настолько, чтобы он смог воплотить в жизнь его идеи во всей полноте. Это следует отнести на счёт общих недостатков всех смертных.

Кроме того, ислам – это попытка соединения веры и разума, что подтверждают частые ссылки мусульманских авторов на греческую философию. Арабы первыми осуществили синтез религии с философией Аристотеля, который затем продолжил Фома Аквинский. Таким образом, они внесли крупный вклад в мировую культуру и подготовили европейское Возрождение.

В мусульманской философии уже содержались в зародыше представления о важности эмпирического познания, которые позже были развиты в философии Нового времени. Арабские философы были также и выдающимися учёными, как, например, Ибн-Сина (известный на Западе как Авице́нна), который был и знаменитым врачом.

Ранние отношения между зарождающимся мусульманским миром и приверженцами иудейской и христианской веры не вызывали по существу никаких затруднений. Мухаммед называл иудеев и христиан «людьми Писания», поклоняющимися единому Богу, Аллаху. Разногласия между ранним мусульманским и христианским учениями, можно сказать, укрепили обе веры, но и воздвигли между ними преграды. Однако в исламском мире мало что указывало на явную склонность к религиозным преследованиям. Первым мусульманам разрешалось вступать в брак с христианами и делить с ними пищу, и это расценивалось как определённое доказательство существенной терпимости. И христиане, и иудеи занимали высокое положение и пользовались уважением за достижения в области медицины, искусства, литературы, права и науки.

В Коране записано, что Пророк запрещал преследовать какого бы то ни было человека за его веру до тех пор, пока этот человек искренне живёт ею, но полагал, что защита мусульманином своей веры от притеснений и тирании является делом добродетельным и необходимым с использованием всех возможных средств для достижения победы и разгрома противника. Однако же, если противник сдастся или взмолится о мире, никакому духу мщения не должно быть места, следует проявить великодушие и милосердие. И опять, к несчастью, человеческая природа оказалась сильнее откровения Пророка.

Мухаммед хотел, чтобы и иудеи, и христиане приняли его религиозный синтез, но этого не произошло. С учением Мухаммеда не согласились ни  те, ни другие, хотя ислам включил в себя, по существу, весь Ветхий Завет.

Ислам приспособил религию к нуждам арабов и расширил арабский мир, но не заменил ни иудаизм, ни христианство, став одним из вариантов монотеизма.

 

Назад Вперед