Детство и юность Е.П. Блаватской

Елена Петровна Блаватская (Ган) (1831–1891) родилась и выросла в аристократической семье. Среди её ближайших предков были представители исторических родов Франции, Германии и России. В ней смешалась кровь народов, веками враждовавших друг с другом. 

Отец Елены Петровны Пётр Алексеевич Ган (1798–1875) вёл свою родословную от германских рыцарей и относился к роду влиятельных мекленбургских князей. Он был командиром конной артиллерийской батареи и вместе с семьёй вёл военную, кочевую жизнь.

Её мать Елена Андреевна Ган (1814–1842), знаменитая писательница, была дочерью Фадеева Андрея Михайловича (1789–1867), столбового дворянина, государственного и общественного деятеля.

Бабушка Елена Павловна Фадеева (1788–1860) принадлежала к княжескому роду Долгоруковых, восходящему к Рюрикам. 

 

Мировой исторический фон детства и отрочества Елены Петровны – это время смут и волнений. По Европе прокатились революции, народные волнения, неповиновения власти, вооружённые восстания антифеодального и национально-освободительного характера.

 

В ночь на 12 августа 1831 года в Екатеринославле Елена Петровна Блаватская «явилась в этот мир среди гробов и скорби», вызванной эпидемией холеры, свирепствовавшей в то время по всей Европе и в России. Это заставило родных поспешить с её крещением, во время которого воспламенилась ряса священника, что сочли плохим предзнаменованием. Этот пожар стал символом огненного крещения женщины-светоча.

Елена, Лёля, как прозвали её родные, росла в окружении самых ярких личностей своего времени, бывавших в доме её родителей и других родственников. Но в то же время она вспоминала: «…пока я жила в полку у отца, единственными моими няньками бывали солдаты артиллерии да калмыки-буддисты». Офицеры называли её между собой «дочь полка». От солдат же она набралась крепких словечек и забористых выражений, которыми потом шокировала всех. 

Лёля всегда была озорной и весёлой, не по годам развитой, не признавала никаких авторитетов и не терпела дисциплину. Девочка получила  отличное домашнее образование. Она владела языками, неплохо рисовала, играла на различных музыкальных инструментах, была прекрасной наездницей.

Окружающие отмечали, что свойства её характера отличались решительностью и более подошли бы мужчине, чем женщине. С детства у неё была страсть к путешествиям, к смелым предприятиям, к острым ощущениям.

 

Елена была необыкновенным ребёнком и рано стала ощущать, что отличается от окружающих. Уже в раннем возрасте у неё проявились паранормальные способности, ясновидение, её считали ребёнком-медиумом. Иногда она казалась погружённой в обычный сон, но, словно впавшая в состояние транса сивилла, отвечала на вопросы, которые задавали люди, державшие её за руку, относительно пропавших вещей или ситуаций, вызывающих сиюминутное беспокойство.

Однажды во время погружения в состояние очень глубокого транса Елена овладела автоматическим письмом – способностью бессознательно фиксировать на бумаге получаемую информацию.

Елена умела читать самые потаённые мысли и побуждения и мгновенно узнавала о событиях, происходящих где-нибудь очень далеко. Её пророчества изумляли и приводили в замешательство, они были настолько точны, что она стала кошмаром своего семейства.

Те, кто знаком с астральным миром, понимают, что его сущности могли довести девочку до гибели, если бы её не защищали силы, намного превосходящие её собственные. Позднее Блаватская сама объяснила, что постоянно чувствовала присутствие Хранителя, который всегда приходил на помощь в критические минуты её жизни.

Один из таких случаев произошёл, когда ей было 13 лет. Лошадь, на которой она каталась верхом, внезапно испугалась и понеслась. Девочка была выброшена из седла и повисла, запутавшись в стременах. Всё то время, пока не остановили лошадь, она чувствовала, что чьи-то невидимые руки поддерживали её тело, не давая получить увечия.

Другой похожий случай произошёл в более раннем возрасте. Ей очень хотелось посмотреть одну картину, которая висела высоко на стене и была прикрыта белой занавеской. Однажды, оставшись одна, Елена придвинула к стене стол, поставила на него столик поменьше, на него стул, затем вскарабкалась на это непрочное сооружение и, опираясь на пыльную стену одной рукой, другой рукой отдёрнула занавеску…

Она потеряла сознание в тот самый момент, когда пошатнулась и стала падать. Когда же она пришла в себя, то оказалось, что она лежит на полу совершенно целая и невредимая, столы и стул стоят на своих обычных местах, занавеска на картине по-прежнему задёрнута, и можно было подумать, что всё это ей просто привиделось, если бы высоко на пыльной стене рядом с картиной не осталось отпечатка её маленькой ручки.

С детских лет Елена ощущала почти постоянное присутствие высокой, облачённой в белое, величественной фигуры в чалме, огромные ласковые глаза которой пристально смотрели на неё. Этот блистательный уроженец Востока, которого она называла Учителем, был владыкой её снов. Она часто думала о нём и приходила в священный гнев, когда кто-то пытался усомниться в его существовании или представлял мнимой его мудрость.

С годами крепла убеждённость, что когда-нибудь Елена обязательно увидит его воочию. Она чувствовала своё предназначение и понимала, что узнать о его сущности сможет при встрече с Учителем.

 

В 1842 году от скоротечной чахотки в 28 лет умерла мать Елены, которая незадолго до своей смерти сказала: «Я совершенно уверена, что доля её будет не женской и в жизни ей суждено много страдать». Слова её оказались пророческими.

Лёлю, её сестру Веру, будущую писательницу В.П.Желиховскую (1835–1896) и брата забрали дедушка и бабушка Фадеевы в Саратов, где А.М.Фадеев занимал пост губернатора.

Воспитанием и образованием детей стала заниматься многосторонне образованная бабушка княгиня Елена Павловна. Любимым местом Лёли в губернаторском доме была бабушкина библиотека, доставшаяся ей от отца, в которой девочка особое внимание уделяла книгам по средневековому оккультизму.

В 1846 году А.М.Фадеев получил новую должность на Кавказе, и вся семья переехала в Тифлис. Там под знамёна войны на Кавказе собрался цвет русской дворянской молодёжи. В это время Елена вела светский образ жизни, часто бывала в обществе, танцевала на балах и посещала светские рауты. Она путешествовала не только по России и колониям, но и была с отцом в Париже и Лондоне.

Но в 16 лет с ней произошла внутренняя перемена, она резко повзрослела и стала ещё глубже изучать книги из библиотеки прадеда.

 

В 19-ом веке юные барышни уже могли выходить на улицу одни, но вот самостоятельно путешествовать по миру незамужняя дама ещё не могла. А Елена уже много читала про Тибет. Кроме того в детстве она познакомилась с ламаизмом тибетских буддистов, проведя много времени среди ламаистских калмыков Астрахани и с их первосвященником и бывая на границе с монголией, где находилась резиденция Терахан Ламы. К 15-ти годам Елена многое узнала о ламах и тибетцах и страстно хотела попасть в Гималаи.

Позже, отвечая на вопрос, зачем она поехала в Тибет, Е.П.Блаватская отвечала:

«Действительно, совершенно незачем ехать в Тибет или Индию, дабы обнаружить какое-то знание и силу, что таятся в каждой человеческой душе; но приобретение высшего знания и силы требуют не только многих лет напряжённейшего изучения под руководством более высокого разума, вместе с решимостью, которую не может поколебать никакая опасность, но и стольких же лет относительного уединения, в общении лишь с учениками, преследующими ту же цель, и в таком месте, где сама природа, как и неофит, сохраняет совершенный и ненарушаемый покой, если не молчание! Где воздух, на сотни миль вокруг, не отравлен миазмами, где атмосфера и человеческий магнетизм совершенно чисты и где никогда не проливают кровь животных».

Вот куда устремилась душою юная Елена. А тут она ещё слышала, что её тётя, сестра мамы, Екатерина Андреевна Витте грозила отдать её на год в монастырь для укрощения строптивого характера. Видимо, всё это и желание обрести полную независимость были причиной её внезапного раннего замужества.

В июле 1849 года Елена Ган была обвенчана с генералом Никифором Васильевичем Блаватским (1810 – ?), который был намного старше её. Через 3 месяца она сбежала от мужа сначала к родным, а позднее и за рубеж. С этого начались странствия Е.П.Блаватской.

Назад Вперед